logotype
Michelangelo Merisi da Caravaggio
image1 image2 image3 image3

 Караваджо. “Положение во гроб”.

Положение во гроб

Микеланджело Меризи да Караваджо картину “Положение во гроб” писал для римского храма Санта-Мария делла Валичелла. Размер картины 300×203, находится в Ватикане.

Действующие лица находятся на переднем плане, и их фигуры образуют некую композиционную пирамиду. Гробница, в которую укладывают тело Христа, поставлена так, что ее угол словно прорывает холст и выходит в реальное пространство храма (возникает ощущение, что персонажи картины передают тело Христа тому, кто в данный момент стоит перед ней). Присутствие хорошо заметного контраста темного пространства и яркого потока света подчеркивают скорбное настроение полотна.  Заметно, что Караваджо тщательно продумывал каждый элемент картины, точно рассчитав необходимую степень напряжённости действия.

 Пятеро стояли на краю могильной ямы во тьме, окруженные черной немотой остановившегося времени. Мрак безвременья окутал этих пятерых людей, и они опускали тело Иисуса во тьму. Опускали не только в кладбищенскую сырость земли — отпускали в вечное небытие. Они еще не знали, что он воскреснет, прощались с ним навсегда.

 У молодой женщины, волосы растрепаны, горе молодой Марии неподдельно, однако, ей легче, чем другим: ее скорбь находит выход в движениях и звуках.

Чуть ближе к зрителям — Магдалина. Ее слез не видно, лицо полузакрыто платком, который она, комкая в руке, прижимает к глазам. Магдалина прячет от остальных не плач, а свою любовь, безвыходную, беспомощную любовь, которая ни в одном слове не проявилась, когда он был жив, и которую не выплакать теперь. У нее черты небогатой горожанки, она не похожа на обращенную грешницу, она молода и здорова, но ее красота и молодость остались ненужными. Судьба сделала ей теперь уже бесполезный подарок, и она будет возвращать его природе, иссыхая в покаянных молитвах и бдениях.

И еще одно женское лицо — мать Спасителя. Кажется, что она спокойнее других, но сколько жуткого горя в этом спокойствии. Она не прячет лицо, не отводит глаза. Бесконечным последним взглядом мать хочет вернуть сыновнюю плоть обратно в материнское лоно! Губы чуть шевелятся, но Мария не слышит своего голоса. Холодное синее пятно плаща, наброшенного на голову поверх белого платка, мрачней и строже самого глубокого траура.

Двое мужчин держат тело Иисуса. Молодой Иоанн, всматривается в его лицо. Он напряжен, на лбу собрались морщины. В такие минуты юноши превращаются в мужей. Рука Иоанна поддерживает мертвую плоть бережно, но неумело: пальцы касаются раны на ребрах, той страшной раны от римского копья, которое прекратило страдания Иисуса на кресте. Красный плащ Иоанна волочится по земле, путаясь под ногами, в его складках залегли черные тени.

Никодим, в коричневой тунике чуть выше колен, выделяется мощью своей кряжистой фигуры. Он обхватил ноги Христа и сомкнул кольцо рук под его коленями. Единственный, кто смотрит вниз, в яму. Мышцы этого лысоватого, но еще не старого мужчины, вздулись, на загорелых ногах набрякли вены; при взгляде на его усилия чувствуешь, насколько мертвая плоть тяжелее живой.

Тело Христа бескровно, в его бледности нет красок жизни, остались только четкие рельефные формы. Эта высокая грудь, широкие плечи, крепкие бедра и ноги принадлежат не проповеднику слова, а мускулистому атлету. Люди стоят на могильной плите, выдвинутой углом вперед, она выглядит, как подножие скульптурной группы, но это — настоящая надгробная плита, под ней зияет провал, из-под нее тянет сыростью, и у нижнего среза картины растет мясистый кладбищенский цветок. Фигуры написаны в полный рост, приближены к самому переднему краю.

Свет борется с тьмой, и в борении они создают особую осязаемость, их контраст животворящ.

 

 

2017  Меризи да Караваджо   globbers joomla templates
Изобразительное искусство